Споры относительно творения и эволюции не утихают уже на протяжении многих лет. Иногда кажется, что стороны не слышат друг друга. Каждая сторона стремится опровергнуть заявления оппонентов – эволюционисты обвиняют креационистов в полном игнорировании науки, а последние обвиняют эволюционистов в участии в коварных заговорах, чтобы заставить их замолчать. Честный диалог в этой словесной войне занимает слишком незначительное место.
Многие христиане отводят вопросу «творение или эволюция» второстепенное значение как таковому, который не относится к оправданию человека перед Богом через Евангелие Иисуса Христа. В этом есть доля истины. Мы можем стать настолько поглощенными этой дискуссией, что перестанем уделять внимание главному вопросу – распространению Евангелия. Тем не менее, как и со многими другими «вторичными» проблемами, убеждения человека относительно творения на самом деле влияют на то, как он рассматривает теологию в целом и Евангелие в частности.
В христианстве существует несколько точек зрения относительно доктрины о творении:
1. Буквальное творение – Бог создал все существующее в течение шести 24-часовых дней/суток.
2. Метафорический креационизм – события творения происходили так, как описано в Бытие 1, но «дни» творения представляют собой неопределенные периоды времени.
3. Теория структуры – дни в Бытие 1 представляют собо�� богословскую структуру, в рамках которой повествуется о создании всего вокруг.
На протяжении большей части истории церкви, вплоть до последних 150 лет, позиция о буквальном творении была доминирующей. Мы не хотим верить во что-то, включая позицию о буквальном творении, лишь потому, что в это верили наши предшественники, но мы верим в доктрину, которая подтверждается текстом Священного Писания. В данном конкретном случае многие консервативные богословы считают, что позиция о буквальном творении имеет самую сильную экзегетическую поддержку библейского текста. Во-первых, таково естественное понимание, получаемое при простом чтении текста. Кроме того, всякий раз, когда используется еврейское слово «день» («йом») в сопровождении числительного (например, четыре дня) или комбинацией «утро и вечер» (как в Бытие 1), оно всегда относится к 24-часовой сутке. И, наконец, семидневная модель, учрежденная в течение недели творения, является шаблоном, из которого мы получаем нашу неделю (Исход 20:8-11).
С развитием современной науки, христиане начали постепенно оставлять позицию о буквальном творении. Основной причиной этого отказа является тот факт, что данная позиция требует малого возраста вселенной, соответствующего «молодой Земле» (от 6000 до 30000 лет), в то время как преобладающее научное мнение заключается в том, что вселенной миллиарды лет. Позиция метафорического креационизма (иногда называемая прогрессивным креационизмом) является попыткой согласовать историю творения в книге Бытие с позицией о большом возрасте вселенной и земли. Следует обратить внимание на то, что позиция метафорического креационизма заключается в утверждении, что Бог создал все, и она по-прежнему отвергает теорию эволюции Дарвина, поэтому ее не следует путать с «теистической эволюцией» – убеждением, что дарвиновская эволюция истинна, но, вместо слепого случая, она на самом деле направлялась Богом. Тем не менее, хотя сторонники позиции метафорического креационизма считают, что они таким образом согласовывают библейское учение с наукой, оппоненты рассматривают ее как скользкий путь к отказу от истинности Слова Божьего.
Поскольку дискуссии относительно творения и эволюции было отведено второстепенное место, слишком немногие оза��очены богословскими последствиями отрицания библейского взгляда на творение (независимо от того, какую позицию занимает определенный человек). Большинство считает, что нет особой разницы, является ли эволюция истиной или нет. Доктрина о творении не рассматривается в связи с остальной частью христианской вести. На самом же деле, то, во что человек верит относительно творения, имеет решающее значение, поскольку это касается вопроса о непогрешимости, надежности и авторитете Священного Писания. Если Библии нельзя доверять в первых двух ее главах, то как можно верить остальным частям этой книги? Как правило, критики Библии сосредотачивают свои атаки на первых одиннадцати главах книги Бытие (в частности, истории о творении). Вопрос в том, почему? Эти первые одиннадцать глав закладывают основание всей остальной части библейской истории. Вы не сможете понять прогрессивное повествование Писания без этих глав. В них содержится чрезвычайно много основополагающего материала для остальной части Библии – например, творение, падение, грех, неизбежность суда, необходимость в Спасителе и представление Благой вести. Игнорирование этих фундаментальных доктрин делает остальную часть Библии непонятной и неактуальной.
Тем не менее, критики Библии и те, для кого наука является высшим авторитетом, предпочитают относиться к этим начальным главам Бытия как древнееврейскому мифу, а не истории о зарождении жизни. На самом деле, в сравнении с историями о творении в других культурах, описание в книге Бытие воспринимается больше как история, чем как миф. В большинстве древней литературы творение рассматривается как результат противоборства между богами. И большая часть мифов о творении помещает свою культуру в центр религиозной вселенной. Книга Бытие, разделяя некоторые общие черты с другими историями о творении, отличается тем, что изображает Бога как единственного, Кто обладает наивысшей властью над творением (а не как одного из многих богов), а человечество – как вершину Его создания и управителей над остальным творением. Конечно, некоторые вопросы относительно истории в Бытие остаются без ответа (как например, точная дата творения), но ее цель не заключается в предоставлении полного исторического отчета, удовлет��оряющего современных историков. Описание в Бытие является предысторией для еврейского народа, который собирался войти в Обетованную землю; они должны были знать, кто они и откуда пришли.
Другой момент, на который следует обратить внимание, – это то, что большая часть христианского богословия основывается на исторической достоверности описания в Бытие. Понятие брака исходит непосредственно из истории о творении (Бытие 2:24) и упоминается Иисусом во всех трех синоптических Евангелиях. Наш Господь Сам признает, что человек был создан как мужчина и женщина «в самом начале» (Матфея 19:4). Чтобы эти ссылки имели какой-то смысл, они должны основываться на исторической точности истории о творении в Бытие. Самое главное – наше заветное учение о спасении зависит от доктрины о творении и буквального существования человека по имени Адам. Два раза в своих посланиях (Римлянам 5 и 1 Коринфянам 15) Павел связывает наше спасение во Христе с нашим отождествлением с Адамом. В 1 Коринфянам 15:21-22 мы читаем: «Потому что как смерть пришла через человека, так и воскресение мертвых – через человека. И как все, сопричастные Адаму, умирают, так и все, сопричастные Христу, будут возвращены к жизни» (тут и далее – перевод Российского Библейского общества). Вся человеческая раса находится в падшем состоянии из-за сопричастности с Адамом через естественное рождение. Подобным же образом те, кого Бог избрал для спасения, получают его через сопричастность со Христом через духовное рождение. Различия в сопричастности с Адамом и Христом имеют решающее значение для правильного понимания христианской сотериологии, и это различие не имеет никакого смысла, если бы не было реального Адама, от которого произошло все человечество.
Павел приводит схожие аргументы в Послании к Римлянам 5:12-21. Но этот отрывок уникален тем, что тут четко сказано: «Итак, грех вошел в мир через одного человека, а с грехом смерть; смерть перешла на всех людей, потому что все согрешили» (Римлянам 5:12). Этот стих является фундаментальным для аргумента о полной греховности и, как и текст в 1 Коринфянам, чтоб иметь смысл, он должен основываться на буквальном существовании Адама. Без буквального Адама нет никакого буквального греха и нет необходимости в буквальном Спасителе.
Независимо от того, какую позицию человек занимает относительно доктрины творения, очевидно одно: Бог сотворил небо и землю. Хотя мы считаем, что позиция о буквальном творении обладает наиболее сильной библейской аргументацией, остальные две точки зрения являются допустимыми интерпретациями в пределах области общепринятых христианских верований. Но необходимо подчеркнуть, что Библия не поддерживает (ни явно, ни неявно) дарвиновский взгляд на эволюцию. Поэтому утверждение, что дебаты относительно творения и эволюции не важны, является проявлением неуважения к Священному Писанию. Если мы не можем верить Библии, когда она говорит о творении, почему мы должны доверять ей относительно спасения? Именно поэтому то, во что мы верим относительно творения, имеет важное значение для остальной части нашей теологии.